Помню радостные лица телеведущих, вдохновенно рапортующих о толпах добровольцев, осаждающих военкоматы и требующих немедленной отправки в зону АТО. Помню крупные планы одухотворенных лиц жен и матерей, в разгар веселых проводов благословлявших своих сыновей на защиту национальных интересов. Помню первых активистов и волонтеров, устраивающих по всей стране шумные акции в поддержку «героев». Помню обещания о суперсовременном вооружении, баснословном вознаграждении, своевременном лечении, премировании земельными участками и пожизненных гарантиях семьям в случае потери кормилица. Помню, что АТО должно было закончится в считанные часы.

Прошел год… Четвертая волна мобилизации сорвана. Причем, число дезертиров и уклонистов такое, что обескураженные военачальники их даже не пытаются скрывать.

Точную цифру потерь по сей день назвать не может никто.

Оказалось, что война — это не виртуальные стрелялки с огромным арсеналом оружия на выбор. И реальные боевые действия кардинально отличаются от компьютерных стратегий. И противника нельзя выбирать по уровню сложности. И жизнь, оказывается, всего одна.

Большинство из тех, кто сейчас проходит лечение и реабилитацию в военных госпиталях, думали, что АТО — это нечто среднее между пикником и соревнованием по страйкболу. Что достаточно будет их появления с оружием в руках — и испугавшееся население начнет массово отступать и сдаваться. Но все оказалось иначе. И, кое-как экипированные, наспех обученные, абсолютно не представляющие, как вести боевые действия «солдаты неудачи», начали нести колоссальные потери. Причем, число раненных и потерявших боеспособность солдат с первых дней привело в панику руководство ГШ.

Но самым страшным испытанием для многих стал постоянный страх смерти, которая была повсюду. А страх — самое сильное человеческое чувство, отнимающее разум и толкающее на неадекватные поступки. Единственным доступным способом хоть как-то снять постоянное напряжение является алкоголь, поставляемый в АТО в огромных количествах. Дни, когда солдаты укровермахта не начинают свой день с «огненной воды», можно пересчитать по пальцам. Именно по этой причине практически в каждом госпитале самая востребованная врачебная специализация — нарколог.

Более того, самой желанной передачей для только вчера покинувших реанимационные палаты, является алкоголь. Ни «разносы» от врачей, ни запреты главврача, ни угрозы охраны не помогают. «Герои» плюют на всех и продолжают уходить от реальности уже привычным способом. И не спешат покидать больничные палаты. Потому что одним жутко возвращаться обратно в ад, а вторым страшно ехать домой. И для очень многих лозунг «жить по-новому» созвучен «жить заново». Число инвалидов и калек нигде не опубликовано. Но достаточно пройтись мимо больничных скверов, чтоб понять, сколько их на самом деле. Потерявших здоровье и трудоспособность. Страдающих хроническим алкоголизмом и психическими расстройствами. Ненужных ни семье, ни стране, отправившей их воевать.

Привычным явлением становятся инвалиды на вокзалах и в подземных переходах, просящие деньги на пропитание и дозу дешевой водки. Молодые мужчины — безрукие или на костылях — с отпоротыми шевронами на грязном камуфляже. Еще вчера с оружием в руках уверенно чувствующие себя хозяевами на чужой земле. А теперь — жалкие калеки, брошенные на произвол судьбы государством, втянувшим их в эту бессмысленную и жестокую войну.

Наверное, это и есть самая страшная расплата за участие в братоубийственной войне: будучи живым — завидовать мертвым, так и не узнавшим, что отдали свою жизнь за непомерные амбиции и обязательства киевской хунты и геополитический интерес новоявленных «друзей» Украины.

Леди Тира

The post Жизнь после «АТО» first appeared on lnr News.

— Понимая, насколько сложно приходится женщинам, старикам и детям жить на Украине без крыши над головой и элементарных бытовых условий, мы не отказываем в приеме никому, — прокомментировал ситуацию заместитель губернатора региона Вадим Артемов, курирующий в областном правительстве работу по приему и размещению жителей сопредельного государства

Напомним, с 3 июня пункты временного размещения беженцев на территории Ростовской области приняли более 25 тысяч человек. В медицинские учреждения региона обратилось более 100 тысяч граждан Украины, из них около 37 тысяч детей. А экстренная медицинская помощь была оказана 23 127 гражданам, в том числе 697 раненым и 9 620 детям, из них 87 в возрасте до 1 года. Кроме того, на Дону на свет появились 326 детей, из которых одна двойня.
В другие российские регионы отправлено более 48 тысяч граждан Украины.

The post В Ростовскую область из Украины вернулись больше сотни украинских беженцев first appeared on lnr News.